Море-море.

В тот вечер наскоро побросав вещи в рюкзак я запрыгнул в старенький опель без лонжеронов, своего друга и мы покатили к морю.  Пол-дороги мы проехали молясь, и благодаря господа за знамения ниспосланые с небес, знаете такие развешены вдоль дорог с надписями типа «Мариуполь 109» или «Харьков 429». Проехав пол дороги у машины таки кончился святой дух и пришлось залить в нее немного благодати. Проведя в молитвах остаток дороги мы наконец-то добрались, дивный город под названием «Перст господень» предстал перед нами, мы в изумлении разглядывали кирпичные домики, диковинные надписи «Сдам комнату» и странных людей шагающих вдоль дорог практически голых. Найдя платную парковку, и оставив там опель без лонжеронов мы пошли искать место для ночлега. С этого момента пошел отсчет и проверка на что способен человеческий организм. Мы шли по берегу моря ловя на себе презрительные взгляды отдыхающих, «Да они не протянут и часа», «а тот что повыше пассив», «Ставлю сотню что они передумают», ну и в таком духе.  Я был настроен решительно. Настолько что не пытаясь разобраться как ставится палатка начал ее сразу ставить, и понял — что-то не сходится, но переставлять времени не было. Полчища огромных в мою ладонь комаров налетели и из-за этого очень быстро стемнело. Пока мы смогли поставить палатку они успели выпить около литра крови (у каждого из нас). 
    Это странно конечно, но я взял фонарик, и у него не сели батарейки — на все воля провидения. Ослабев от потери крови а напора комаров мы еле забрались в палатку и с большим трудом смогли закрыть дверь. Еще несколько часов комары разганялись и на лету врезались в противомоскитную сетку. Дул сильный ветер, и мы боялись пошивелиться и просто молились. Вру. Опять вру. Мы включили фонарик, выбили залетевших комаров, и разделили скромную трапезу, вознося молитвы небу. А потом улеглись спать.  Палатка стояла на пригорке буквально в нескольких метрах от моря, и по началу я с непривычки трудно засыпал под шум волн. А утром наступила пятница.

Пятница. Еды у нас было в притык, а так как в одной палатке собралось два ума очень аналитического склада то прикинув нагрузки, расход килокаллорий, поправку на темературу мы распредили еду. Как оказалось в последствии расчет по еде оказался точным на 100% мы съели все, и не голодали. Но разве это важно? Пятница порадовала нас прекрасной погодой солнце, ветер, волны что еще надо? Весь день прошел в полном безделье и анархии, мы купались загорали, глазели на проходящих ебланов и целлюлиток, а они в свою очередь смотрели на нас — что делают в таком глухом месте два мормона с бородами в своих шляпах и белых рубашках?

Пятница заканчивалась, солнце потихоньку падало за горизонт,  и Саша решил открыть алко-притон. Но мой зоркий глаз заметил пидораса-вкамуфляже, и я нажал паузу. Это отдельная история, настоящий детектив, но она с хорошим концом. Когда я увидел этого камуфляжного перца с нашивками природоохоронця, я понял — наша природа в безопасности! Мы сыграли в доброго и злого полицейского, Саша кричал я журналист, это расследование быстро лицом в песок и жри его сука! А я говорил, ну что вы, мы вас уважаем и боимся, вот возьмите, а Саша продолжал «Я буду жаловаться в ООН! Я напишу в статью в газету! Я вас записал на диктофон и в свой Кпк и жучок на вас повесил!», в общем он дерзил как мог. Рыбинспектор был пьян, никаких документов не предьявил, и получив свой ммм ушел восвояси. Я предпочитаю не связываться с представителями власти, к тому же мне настоящие гандоны среди них попадаются редко. Но этот расказ не об этом.

Когда он ушел, мы продолжили наш мирный отдых. Допили недопитый в четверг портвейн, и улеглись спать. Портвейна было мало, закуски много, но уснул я быстро.

Почти также внезапно как пятница наступила суббота. На субботу оставалась еще одна бутылка портвейна. Весь день мы купались, загорали, я строил Стоундхендж из песка и прототипы отливных электростанций из ракушек. И мы думали что же делать с оставшейся бутылкой портвейна. Вы можете мне врать сколько хотите, но все люди пьют вино и прочий алкоголь не для вкуса а что бы попасть в то приятное состояние опьянения. Но так как алкоголизм это общественно неприемлимо, то говорят о культуре употребления алкоголя, типа нужно пить не из горла а из посуды и не в одиночку, и чтоб повод был, и закуска, и чтоб послевкусие после вина — это все хуйня, и тупой пездежь. Или пей или не пей я считаю. Я  пью что бы опьянеть, мне насрать на послевкусие, букет вина, и прочие выебоны, Я хочу чтоб как следует вштырило. Как сделать так чтоб вшытрило с половины бутылки портвейна я раскажу в другой раз, но благодаря моему предложению — нас вштирыло как следует.
Я начал расказывать какую-то историю и через некоторое время понял что меня никто не слушает: «Ты че спишь?» — тишина. Еще 5 секунд я думал закончить рассказ или вырубиться? Расказ был хороший и мне нравилось его расказывать, но я решил вырубиться. 

Сходил до ветру в далеке на западе сверкали молнии и был велик шанс что гроза пройдет мимо, сделал дела залез в палатку и вырубился. ОБратно проснулся ночью, опять же до ветру сходить, был удивлен. Небо на юге и западе озаряло вспышками молнии, гроза была все ближе. Было 4 утра. В семь проснулись от дождя. В палатке сухо, пездато. Воскресение. Вчеря рядом поставили штук 5 палаток — на утро они пустовали, а парочку палаток в том числе самую большую ветер сложил как хотел.

Мы доели остатки еды, собрали палатку и когда дождь немного стих двинули к машине. Там переоделись в сухую одежду и поехали в Донецк.

Охуенно отдохнул, правда надо чаще.

Море-море.: 7 комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *